Деревенские истории: как русское село принимает мигрантов

16.02.2019 0

Отечественные социологи называют миграцию городских жителей в деревню в последние годы новым российским трендом. Масштабы деурбанизации в полной мере оценить сложно, такой статистики пока нет, к тому же в современных условиях повышенной мобильности зачастую назвать человека однозначно селянином или горожанином сложно. Но очевидно одно: переезд из городов в деревни продолжается. Чаще всего у окружающих это вызывает недоумение: дела на селе могут идти хуже или лучше, но почти всегда трудно. «Известия» поговорили с теми, для кого выбор — город или деревня — стал очевиден.

Околачивать глушь: зачем россияне поехали в глубинку

Новый всплеск интереса к жизни на земле не связан с сельским хозяйством

Свежая кровь

Преимущества проживания в сельской местности горожане традиционно выделяют примерно одни и те же. Во-первых, экономия времени: пробок нет, всё в шаговой доступности, в одном месте — врач, почта, банк, администрация. Во-вторых, экономия денег на жилье и коммунальных платежах: дом в деревне значительно дешевле, нежели в городе, не говоря об аренде, цены на электроэнергию ниже, закупка дров выливается в существенно меньшую сумму, чем отопление в городской квитанции за год. В-третьих, экология: свежий воздух, чистая земля, продукты, отсутствие поблизости крупных заводов и магистралей. В-четвертых, возможность завести огород: свои овощи и фрукты на столе не только полезнее магазинных, но и дают ощущение уверенности в завтрашнем дне. В-пятых, безопасность: в деревне все друг друга знают, в трудной ситуации помогут, соседи сообщат куда надо о подозрительных чужаках, краже, человеке, которому стало плохо на улице.

Деревня

Фото: Depositphotos

Но, по словам директора Научно-исследовательского центра аграрных исследований РАНХиГС Александра Никулина, представители второй волны горожан, уезжающих в село, в отличие от мигрантов 1990-х, делают это не просто для того, чтобы выжить, а ищут новую нишу хозяйственной деятельности. Поток переезжающих горожан, по оценкам экспертов, составляет до 10% от числа селян и не может перекрыть отток коренных жителей из деревень. Однако даже эти небольшие вливания экономически и социально активного населения могут дать новый толчок развитию села.

Вернуть жизнь ухватом: зачем жители создают музеи умирающих деревень

Попытки сохранить народную память нередко помогают вдохнуть жизнь в русскую глубинку

Так кто же они, эти добровольные отшельники, которые селятся в скучной и тихой глубинке, где можно быть собой и никуда не спешить?

Печь вместо компьютера

В горельском лесу, что под Тамбовом, живет Илья Резков, почти отшельник. Москву он сменил на тамбовскую глубинку, а компьютер — на печь, чем удивил не только местных жителей, но и своих родных. А всё для того, чтобы жить вдали от мегаполиса, в тихом и живописном месте с рекой и лесом, радоваться жизни и заниматься своим делом — печь хлеб, как во времена Ивана Грозного.

В поселке Лучка с населением в 40 жителей успешный программист провел уже больше года. Родился он в Саратове, потом переехал в Москву, работал в сфере инновационных технологий. Но через какое-то время понял, что хочет жить по-другому. Здесь он купил дом с настоящей русской печкой.

Деревня

Илья Резков со своей продукцией

Фото: Павел Васильев

«Переехать из мегаполиса в деревню — в этом нет ничего страшного. Здесь можно создавать крестьянские хозяйства, жить и работать на земле», — говорит он.

Свободного времени, по словам пекаря, у него немного — продолжает обустраивать свой дом, территорию вокруг, достраивает баню.

С печалью на селе: как москвичи пытаются оживить заброшенную деревню

Творческий энтузиазм помогает обойтись без воды и электричества

«Специалистов, которые занимаются выпечкой хлеба по старинным рецептам, в Тамбовской области практически нет», — говорит Илья. И хотя проблем со сбытом продукции у бывшего городского жителя, вдохновленного примером Германа Стерлигова, не возникало, но технологию производства удалось освоить не сразу.

Как при Иване Грозном

Когда Илья переехал в поселок, практики выпекания хлеба в русской печи у него не было. «Тогда я сделал неправильно всё, что только можно: до необходимой температуры печку не прогрел, замесил неправильно тесто. Уже потом опытный пекарь рассказал о тонкостях этого мастерства», — вспоминает Илья, который теперь точно знает, с чего начинается натуральный хлеб.

А начинается он с экологически чистого, не обработанного химикатами зерна, которое найти не так просто. Сейчас он закупает его в Ростовской области у проверенных фермеров. Сахар Илья не использует, заменяет натуральным медом, за водой ездит к Горельскому святому источнику. Еще несколько простых секретов — вот и вся рецептура, по которой делали хлеб веками, еще при Иване Грозном.

Деревня

Фото: Depositphotos

Процесс производства одной партии занимает 12 часов. За раз Илья Резков выпекает 16 кг хлеба — ровно столько помещается в печь. Его продукция приходится по вкусу не только тамбовчанам, но и жителям других регионов. Готовит Илья и пшеничный квас. Для него он использует всего три ингредиента: родниковую воду, натуральный мед и зерно.

Оставили точку на карте: фотопроект о заброшенных деревнях

Какими увидел фотограф покинутые всеми жителями населенные пункты в брянской глубинке

«Уезжать из поселка не собираюсь. Мне нравится здешняя природа, да и люди в Лучке душевные. Здесь есть все условия для ведения хозяйства», — говорит Илья, в планах которого освоить производство натурального шоколада.

На деревню — к школьникам

В 40 км от Тамбова, в Сосновском районе, есть живописное село Челнаво-Рождественское. Совсем небольшое — в школе осталось чуть более 30 учеников. Здесь работает молодая учительница Анна Цыганова.

В прошлом году она приехала на тамбовщину по программе «Учитель для России», ее участники — это выпускники ведущих непедагогических вузов страны. Молодые специалисты становятся не просто учителями, они раскрывают потенциал детей из сельских школ, создают новые возможности для их самореализации. Чтобы стать участником программы, нужно пройти многоэтапный отбор и курс профессиональной подготовки. Несмотря на непростые условия работы, конкурс — 20 человек на место.

Деревня

Анна Цыганова с учеником

Фото: Павел Васильев

Два года участник должен отработать в школе, которую выбирает из предложенных вариантов. В течение этого периода молодые учителя продолжают дополнительное обучение, получают помощь кураторов и специальную стипендию. Всё это, в том числе жилье, оплачивается организаторами общественного проекта. По истечении двух лет молодые учителя могут продолжить педагогическую карьеру.

Еще не мертвая тишина: как живут последние обитатели заброшенной деревни

Нине Ивановне, узнице немецких лагерей, 93 года. Около 20 лет она и ее дочь провели без света и практически отрезанными от мира

Такая модель успешно действует в десятках стран мира. Программа реализуется в России с 2015 года. Один из активных ее участников — Тамбовская область, где выпускники ведущих российских вузов трудятся в 22 школах региона.

Техника супермена

Сначала Анна Цыганова хотела выбрать село в Воронежской области, но, увидев красоту тамбовской глубинки, приняла решение работать здесь. Она родилась и выросла в Самаре, закончила местный университет по специальности «культуролог». О программе «Учитель для России» узнала от подруги, которая отправилась работать со школьниками в село Глазок Тамбовской области.

В Сосновской школе № 1 девушка в течение года преподавала английский язык и мировую художественную культуру. Потом нагрузка стала меньше, поэтому она взяла несколько учебных часов в селе Челнаво-Рождественское.

Дервеня

Поселок Сосновка, Тамбовская область

Фото: commons.wikimedia.org/Kastey

«Школа в Сосновке современная, классы большие, и надо особенно держать дисциплину. А здесь нет нового оборудования, но есть теплая атмосфера многодетной семьи. Обучение практически индивидуальное», — сравнивает Анна два своих рабочих места.

Самый песок: почему заполярную деревню окружает пустыня

Окрестности деревни под Мурманском всё больше напоминают африканскую пустошь

Подход к детям у нее индивидуальный, в зависимости от возраста, успеваемости, уровня подготовки. Так, на занятиях с младшими классами учительница, по ее словам, применяет «технику супермена». За каждый правильный ответ ученик получает определенные баллы, кто наберет больше всех, становится обладателем заветного звания. Метод, по наблюдениям молодого педагога, работает хорошо — какой ребенок не мечтает стать суперменом? А вот со старшими классами нужно общаться как с взрослыми, дополнительно заниматься и серьезно мотивировать.

Анна-Мария из Сосновки

Свой первый урок в качестве учительницы Анна помнит и по сей день. Тогда она сильно волновалась, ей казалось, что всё пошло не так. «В английском языке нет отчества, поэтому я представилась ребятам Анной-Марией, чему они очень удивились», — вспоминает она.

Свободное время, которого не так много, как хотелось бы, Анна посвящает искусству. Она увлекается современным кинематографом и музыкой, играет на синтезаторе в школьной музыкальной группе.

Девреня

Фото: Depositphotos

«Если решу продолжить преподавание, то в сельской школе, не в базовой, иначе снова некому будет учить ребят английскому. Хочу остаться в образовании, работать с детьми, — размышляет Анна. — Но в любом случае этот опыт работы очень важен для меня. Проект «Учитель для России» — нужный и интересный».

Сельский туризм разнообразят квестами

Минсельхоз подготовил меры по популяризации агротуризма

Николай из Николаевки

Николай Вотановский живет в деревне Николаевка Тамбовского района, где осталось 20 домов, уже более 10 лет. В его доме — тёплый пол и русская мини-печка, сложенная своими руками. Хотя он и называет себя отшельником, это не совсем так. Семья Вотановских большая: жена, дочь, сын, четыре внука, да и гостей в его доме бывает немало, приезжают и друзья, и родные.

Он всю свою жизнь занимается самообразованием и мастерит чудеса из того, что обычно оказывается на свалке. Среди его изобретений — аэросани и мотопаратрайк, а также уникальная сетка для сбора урожая. В гараже стоит его четвертый парамотор, на котором он уже восемь лет летает под облаками. «Девять месяцев работал над ним, как ребенка вынашивал», — с улыбкой говорит изобретатель.

Эти места для него — родные. В соседней Дмитриевке он родился, учился, нашел свою вторую половинку. В Авдеевке, что неподалеку, работал начальником кормоцеха на птицефабрике «Родина». Здесь же 15 лет держал пчел. Занимался он и предпринимательской деятельностью. В 1990-е годы вместе с супругой освоили производство и выделку меха, жена до сих пор работает в этой отрасли. После переезда в Тамбов трудился заместителем генерального директора строительной компании.

Деревня

Николай Вотановский с внуком и мотопаратрайком

Фото: Павел Васильев

На счету Вотановского 26 изобретений: аэросани, тракторы, летательные аппараты… Свои разработки он никогда не патентовал, собирал и мастерил для себя и семьи.

Реальные Чуваки: как живут в самой веселой деревне России

На каноническую русскую глубинку это совсем не похоже

«В 40 лет я собрал свой первый аппарат, это был ранцевый параплан, я сделал его из трех русских моторов и 20 лет уже летаю. Экзамены сдавал президенту федерации сверхлетной авиации. Я еще мальчишкой мечтал по облакам бегать. В автобусе, бывает, едешь, глаза закрываешь и представляешь, будто управляешь штурвалом и летишь», — рассказывает изобретатель, за плечами которого несколько соревнований, призовых мест, множество пройденных маршрутов.

Семь лет он летал так называемым свободником (на летательном аппарате без двигателя), парил над Кавказом и Болгарией. Его рекорд в свободном полете — 3 часа 20 минут.

Возвращение с того света

Но всего этого могло бы и не быть. Его жизнь резко изменилась 20 лет назад, когда начались серьезные проблемы со здоровьем. Многие годы он фактически жил в больницах, операция за операцией: резекция желудка, перикарда сердца, удаление желчного пузыря, части легких, саркома… Жена привезла его в Тамбов из московской клиники еле живого. Тогда Николай не мог и ста метров пройти — ноги отказывали.

Деревня

Фото: Depositphotos

Есть всё, кроме людей: в воронежском селе ждут переселенцев из Забайкалья

Маленькие деревни не успевают за ростом аграрных предприятий в Черноземье

«Помню встал я на колени перед иконой и не здоровья просил, а силы воли и терпения», – вспоминает он. Силы понемногу стали возвращаться, через боль начал ходить, увлекся методиками очищения организма. Потом занялся тогда еще малоизвестной в Тамбове скандинавской ходьбой, купил лыжи, ролики. На сегодня его рекорд — 90 км на лыжах коньковым ходом, или 6 часов 15 минут в движении, а за сезон он проходит 500 км.

Помогли восстановить здоровье и конные прогулки. На коне по кличке Прайд, которого держал на ипподроме, он проезжал по 15–20 км в день. А когда начал собирать свои аппараты и летать, для верховой езды сил не осталось. Живого коня пришлось продать, железного — оставить.

Иван-чай и никакого мяса

На земле Николаю работы тоже хватает. На своих шести сотках он разбил фруктовый сад, построил теплицу. Для огурцов, которые сажает в открытом грунте, сделал специальное приспособление: листва остается на сетке сверху, а под ней огурцы — и собирать удобно, и растения не страдают. В планах — оформить в собственность еще шесть соток и разбить второй фруктовый сад.

Деревня

Фото: Depositphotos

Как утверждает изобретатель, один из секретов его неиссякаемой энергии и бодрости—– правильное питание: ферментированный иван-чай собственного приготовления в течение дня, полный отказ от мяса в течение 20 лет, по средам и пятницам — постная пища, а также соблюдение всех четырех православных постов.

Сейчас Николай полон сил, играет с внуком в футбол, занимается хозяйством, и ему даже не верится, что пережил серьезное онкологическое заболевание. «Город — это хорошо, но всё в нем не то, словно нет в суетном ритме самого главного», — говорит он.

Источник: iz.ru